Иван Сергеевич МуруевУ каждого из них жизнь разделилась на "до" и "после": до войны - учеба, а у кого-то работа, безмятежно счастливая юность. После войны - раны и осознание того, что от прежнего мировосприятия мало что осталось. На войне рано взрослеют, потому что надо выжить и уберечь любой ценой своих товарищей. На войне все сразу становится предельно ясно - кем бы ты не притворялся раньше, все увидят, каков ты на самом деле. Война каждому устраивает проверку, у нее свои законы. Война раз и навсегда меняет человека, учит принимать взвешенные решения и не прощает ошибок. "Кем стал бы я, не будь войны?" - задаются вопросом те, кто там был. И не находят ответа. Они видели смерть каждый день. Видели так близко, что потом естественное человеческое чувство - страх - притупилось. Так в душах родилось бесстрашие.

Сегодня многие из них спешат по делам, растворяясь в мирской суете, и словно желают сами поскорее смешаться с толпой, стать менее заметными. Они скромны, но именно эти люди - Герои Нашего Времени. Вглядитесь внимательно в их лица...

Солдат Иван Муруев

Он с детства любил небо и хотел стать десантником. Только десантником и никем другим. Пел об этом в своих песнях под гитару, грезил военным училищем и верил, что заветная мечта скоро сбудется. В него были влюблены все девчонки, его уважали ровесники и ребята постарше. Неунывающий, обаятельный Ванечка Муруев, обладающий в то же время завидной силой воли и отменным здоровьем, не мог просто вызывать других чувств.

Но в военкомате решение поступать в рязанское десантное училище не одобрили: возраст призывной, послужи, и чуть было не определили Ивана в автомобильный батальон, но тот возмутился. Тогда военный комиссар подвел несговорчивого молодого человека к карте СССР: "Поедешь служить на Курилы. Будешь при пятидесятиградусном морозе в моторе копаться!" Угроза на Ивана не подействовала. "Тогда отправляйте в Афганистан! Там, по крайней мере, жара. А десантником я все равно стану!" - твердо сказал он.

Когда вручали повестку, Иван услышал: "Ну вот, куда просил, туда и поедешь". Взгляд, скользнув по казенной бумаге, выхватил одно слово: "Афганистан". Шел 1983 год.

За себя он не волновался: настоящий мужчина должен пройти войну. Только как сказать матери, куда его отправляют? Как?! Ведь не будет ей покоя ни днем, ни ночью. Мать Иван любил без памяти, и самым страшным для него проступком было огорчать ее. Соврал, что направляют в Фергану и что потом придется служить в полевых условиях. Свою гитару - неразлучную спутницу, взял с собой.

Одно за другим полетели письма домой. Как бы ни уставал Иван, он старательно выводил строку за строкой. Письма сочинял вместе с друзьями: "Фергана потрясающе красивый город. Были в театре, скоро поведут в музей", - писал Ваня после тяжелого боя. Лица мальчишек разведвзвода на мгновение становились веселыми: своим матерям они отправляли похожие письма, "с художественным вымыслом", как называл это Иван. Правду знал только его брат. Позднее, за два месяца до демобилизации мать случайно найдет письмо, строки которого заставят ее вздрогнуть: "Привет из Афганистана"...

Он стал десантником - мечта исполнилась, но помимо того пришлось овладевать и другими навыками, без которых на войне никак не обойтись. Был старшим разведчиком, обучал военному ремеслу вновь прибывших ребят. В нем все видели лидера: за что бы ни брался Иван, он все делал хорошо. - У меня любой пулемет стрелял, даже на первый взгляд самый безнадежный, - вспоминает Иван Сергеевич. Он много курит, неторопливо ходит по комнате, рассказывая эпизод за эпизодом.

Тогда, на войне, он делился знаниями с необстрелянными мальчишками, заставляя разбирать оружие с закрытыми глазами - мало ли что может случиться в бою! Можно потерять зрение, но пальцы должны чувствовать каждый винтик. Командиры хвалили толкового парня, прочили ему большое будущее, но он уже больше не хотел стать офицером - насмотрелся всякого.

Случались на войне курьезы: в первое время душманы обучены были плохо, и ребята нередко находили поставленные вверх тормашками мины, неправильно зафиксированные растяжки. Это сохранило жизни многим, но если «духи» начинали стрелять, тут уже было не до смеха. Однажды в затяжном бою за кишлак под названием Зима едва не погиб один из лучших друзей Ивана Андрей Куваев. Его тяжело ранил минометчик. Иван, увидев, как в одночасье побелело лицо Андрея, под сильным огнем вытащил его из самого пекла. Злился, кричал, но верил, что Андрюха останется жив, закрывал его собой, чтобы не ударила невзначай шальная пуля. Он даже придумал свою молитву, хотя никогда не знал, как правильно нужно их читать, обращаясь к неведомому и далекому Богу. Он просил не за себя, а за друга, потому что на войне понятия дружбы святы. И чудо произошло: Андрей выжил, а через год после Афганистана приехал к Муруеву на свадьбу. О ранении напоминала лишь хромота - молодой человек опирался на палочку, словно глубокий старик.

- Да, мы все становились старше своих лет, - задумчиво говорит Иван Сергеевич. - Но если бы довелось снова оказаться на войне, я пошел бы в разведку только с теми ребятами, с которыми был в Афгане - они проверены временем. Другие не нужны. Мой собеседник порывисто встал: - Хватит на сегодня воспоминаний...